NederlandsEnglishFrançaisDeutschItalianoPortuguêsРусскийEspañol

Памятник Затопленным кораблям в Севастополе — самый загадочный памятник города


Одним из самых загадочных и удивительных памятников является памятник Затопленным кораблям в Севастополе. Изображение этого памятника по праву считается эмблемой города, его можно также увидеть и на современном гербе Севастополя.

Рядом с памятником Затопленным кораблям всегда очень много народа, каждый старается старается сделать фото на память на фоне памятника Затопленным кораблям, но мало кто знает его удивительную историю.

Памятник Затопленным кораблям — исторические события, которые сподвигнули к его созданию

В сентябре 1854 года под Евпаторией высадилась огромная армия союзников, в которую входили англичане, французы, турки, итальянцы. В неравном бою на реке Альма русские проиграли, и над городом Севастополем нависла реальная угроза прорыва неприятельского флота на внутренний рейд. Силы вновь были не равными: у неприятеля — пароходы, а у нас в основном старые деревянные парусники.

К тому же при проверке эффективности севастопольских береговых батарей произошла неприятность: небольшое торговое судно, специально превращенное в мишень, отправили дрейфовать, расстреливая со всех береговых орудий. Но шаланда получила только небольшие повреждения, а вот в фортах появились заметные трещины от выстрелов!

На военном совете 9 сентября 1854 года начальник штаба Черноморского флота вице-адмирал В.А. Корнилов призывал выйти в открытое море и всеми силами атаковать корабли противника, а при необходимости пойти на абордаж и умереть со славой, взорвав себя вместе с неприятельской армадой. «Умереть мы всегда успеем», — возражали другие члены совета. Нельзя ли применить знаменитую суворовскую хитрость?

И тогда командир линейного корабля «Селафаил» капитан 1 ранга Зорин решил осмелиться озвучить перед командованием оригинальную идею, которую уже обсуждали в кулуарах: что если затопить поперек входа в бухту часть старых судов? А моряки сойдут на берег, чтобы защищать Севастополь на бастионах!

Скрывая сильную дрожь в голосе, Зорин предложил первым затопить собственный корабль. С ним сразу согласился вице-адмирал Павел Степанович Нахимов. Однако Корнилов был непреклонным: пустить на дно собственные боевые корабли? Он на такое не сможет пойти!

И только после озвученной угрозы главнокомандующего — князя Александра Меньшикова, который в случае неповиновения приказал Корнилову сдать полномочия и покинуть город. Владимир Алексеевич скрепя сердцем заявил:

Печально уничтожить свой многолетний труд: много было потрачено усилий, чтобы держать корабли, обреченные на гибель, в завидном свету порядке, но необходимо покориться судьбе. Москва горела, а Русь от этого не погибла.

Итак, чтобы преградить пути вражеским судам было решено опустить на дно поперек фарватера парусные корабли, побывавшие во многих морских сражениях. Все тяжелые орудия сняли и отправили на берег, ими усилили батареи и редуты.

Некоторые из этих пушек можно увидеть и сегодня, например, на Историческом бульваре, где в первую оборону Севастополя, располагался легендарный 4 бастион, в числе командира которого был артиллерийский офицер Лев Толстой.

Нахимов в приказе по эскадре писал:

Я в необходимости нахожусь затопить суда вверенной мне эскадры и оставшиеся на них команды с абордажным оружием присоединить к гарнизону. Я уверен в своих командах, что каждый из них будет драться, как герой.

Это предсказание сбылось абсолютно полностью. Команды затопленных военных судов пополнили ряды защитников города Севастополя. А первым из плеяды прославленных адмиралов трагически погиб Владимир Алексеевич Корнилов на Малаховом кургане, завещая своим товарищам:

Отстаивайте же Севастополь!

У семи буев, обозначавших места последних дислокаций, стали на якорь легендарные ветераны флота: корабли «Селафаил», «Силистрия», «Уриил», «Три святителя» и «Варна». Расположили все корабли строго с севера на юг, между Константиновской и Александровской батареями.

Ближе к северному берегу затопили фрегат «Сизополь», а к южному — фрегат «Флора». Ночью 11 сентября 1854 года бригады корабельных плотников проламывали топорами днища, а на некоторых кораблях были взорваны специально установленные пороховые заряды.

Но не все старые суда ушли под воду сразу же. Например, корабль «Три святителя» каким-то чудом держался до самого утра. Врагов известие о заграждении привело в сильный шок! Они отменили нападение на северную сторону и решили пойти в обход. В то время наши войска укрепляли батареи на всём берегу. Именно поэтому затопленные корабли нельзя считать потерей, так как они преградили собой путь к победе неприятельского фронта.

Даже сильное преимущество нападавших не могло принести им успеха. Предпринятая союзными войсками морская атака севастопольских батарей закончилась их неудачей. Поразительно, но даже оказавшись на дне, флотилия продолжала сражаться!

Мачты затонувших русских кораблей ломали вражеские днища, а огонь береговых фортов довершал дело. Многие суда противника получили сильные повреждения и поспешили оказаться вне досягаемости выстрелов русских артиллеристов.

Одно из самых нестандартных военных решений — затопление собственных военных кораблей — оказалось единственно верным: союзнический флот, многократно превосходивший Россию как в численности, так и в оснащении, не смог завладеть главной бухтой Севастополя и значительно утратил свое опасное преимущество.

О том, насколько лежащие на дне суда мешали врагам, красноречивее всего говорит тот факт, что в ноябре 1854 года на английском пароходе «Принц» везли команду водолазов и специальные мины, которыми собирались разрушить затопленные корабли. Но «Принц» сам пошел на дно во время сильнейшего шторма у берегов Балаклавы.

Стихия не пощадила и оборонительную линию севастопольских защитников: из-за частичного разрушения подводной преграды в ноябре-декабре были затоплены еще два судна — корабль «Гавриил» и корвет «Пилад».

Другой сильный шторм, разразившийся в феврале 1855 года, тоже сыграл на руку врагам, разметав стройную линию нашей «подводной обороны». Поэтому адмирал Нахимов признал необходимым затопить еще несколько старых судов:

Если неприятельские корабли утвердятся на рейде, то кроме того, что мы потеряем город Севастополь и флот, мы лишимся всякой надежды в будущем; имея Севастополь, мы будем иметь и флот… а без Севастополя нельзя иметь флот на Черном море. Аксиома эта ясно доказывает необходимость решиться на различные меры, чтобы заградить вход неприятельским судам на рейд и тем спасти Севастополь.

Это и послужило причиной создания второй подводной «шеренги». В феврале 1855 года на дно Севастопольской бухты между Михайловской и Николаевской батареями ушли другие корабли — «Двенадцать апостолов», «Ростислав», «Святослав», фрегаты «Кагул», «Мессемврия» и «Мидия».

Именно на месте второй линии затопления судов, в 23 метрах от берега, в 1905 году был установили памятник — к пятидесятилетию беспримерной обороны Севастополя, которая продолжалась в общей сложности 11 месяцев!

О великом подвиге державших оборону доблестных воинов с уважением писали все газеты даже тех государств, которые всеми силами пытались стереть с лица земли непобедимые бастионы. 349-дневная героическая эпопея города прославила защитников города на весь мир.

Памятник Затопленным кораблям — планирование и создание

Сначала планировалось установить монумент на месте первой линии затопления кораблей, то есть возле Константиновского равелина. Однако правительственная комиссия посчитала, что возводить два памятника слишком накладно для казны. Её строгие члены, возглавляемые Великим князем Александром Михайловичем, внимательно оценивали проекты ведущих инженеров и архитекторов.

Автором лучшего из них был признан начальник службы Севастопольской крепости инженер-подполковник Фридрих-Оскар Энберг, который и предложил установить монумент прямо в море. Стоит заметить, что именно  он спроектировал всемирно известное здание севастопольской «Панорамы».

Решено было сделать колонну круглой и водрузить её на гранитном утесе архитектор и художник Валентин Фельдман, автор проектов многих православных храмов Крыма и некоторых строений в Севастополе. Примерно в середине 1903 года к завершающему этапу разработки и осуществлению всех замыслов был привлечен эстонский скульптор Амандус Генрих Адамсон. Кстати, именно он оставил свою подпись на памятнике, а точнее на бронзовом барельефе, изображающем затопление кораблей.

Когда война закончилась, то со дна Севастопольской бухты удалось поднять, отремонтировать и вернуть в строй 20 кораблей(!), но большинство были уже слишком ветхими и пошли на слом.

Очистка бухт затянулась на несколько десятков лет. Опытные водолазы утверждают, что сейчас дно бухты представляет собой настоящий лабиринт из остатков судов всех эпох, в толще ила прячется множество неразорвавшихся мин и бомб, так что трогать этот «подводный мусор» крайне опасно.

За очень долгую историю Черного моря дно этой бухты не раз поднималось и опускалось, так что рельеф его крайне сложен, он изобилует отмелями, которые на флотском языке именуются «банками». Многие из них облюбовали колонии обитающих здесь мидий. По легенде, памятник Затопленным кораблям стоит именно на этой отмели.

На Приморском бульваре напротив памятника Затопленным кораблям во время общественных гуляний готовили обеды и ужины рестораны, кафе и буфеты. Реклама гласила: «От 1 до 6 часов — обеды из 3-х блюд — 78 копеек, из 4-х — 1 рубль. Открытая терраса с видом на море и Большой рейд». Особым расположением у публики пользовались ресторан в здании яхтклуба и буфет под управлением опытного метрдотеля Жоржа.

Сейчас от ресторанов не осталось и следа, войны и неумолимое время неоднократно меняли внешний вид Приморского бульвара, но лишь одно остается неизменным — любимый горожанами памятник. Каждому, кто хоть раз побывал в Севастополе, знаком его запоминающийся облик: стройная коринфская колонна, увенчанная бронзовым двуглавым орлом с распростертыми крыльями.

Памятник Затопленным кораблям — значение символов изображенных на нем

Не смотря на то, что этот памятник — один из популярнейших туристических объектов, изображен на современном гербе Севастополя, он до сих пор окутан ореолом тайны и является предметом споров и неожиданных открытий.

Странность состоит в том, что постамент развернут «лицом» к морю, то есть рассмотреть его во всей красе можно лишь со стороны акватории, а никак не с берега. Почему так? Скорее всего, в этом заключается смысл памятника: он обращен не к «сухопутным» туристам, а в море — к месту, с которого началась первая героическая беспрецедентная оборона города.

В клювах двуглавый орел держит венок. Одна половина его сплетена из лавровых листьев, символизирующих славу, победу, триумф, очищение, а вторая из дубовых листьев с желудями, олицетворяющими стойкость, зрелость, потенциальные возможности и уверенность в своих силах.

К верхней части венка прикован висящий на цепи морской якорь. Орел увенчан большой императорской короной с крестом. Однако в советские годы крест не поленились спилить. Планировали поменять его на звезду и снабдить электрической лампочкой! К счастью, проект не состоялся.

В 2003 году крест на короне появился вновь, но только не Георгиевский крест, как положено, а скорее латинский… А вот на груди орла сохранилось изображение Георгия Победоносца. Со стороны набережной верхнюю часть пьедестала украшает бронзовый барельеф, изображающий идущие на дно корабли.

Под ним на гранитных плитах высечены слова:

ВЪ ПАМЯТЬ КОРАБЛЕЙ, ЗАТОПЛЕННЫХЪ въ 1854 и 1855 г. г. ДЛЯ ЗАГРАЖДЕНИЯ ВХОДА НА РЕЙДЪ.

Со стороны моря ранее была закреплена выступающая из морских волн бронзовая мачта парусного корабля. Но её сорвало штормом в 1975 году, и до сих пор она не восстановлена.

Вся история легендарного памятника Затопленных кораблей — это непрерывная борьба со стихией. Морские волны разбиваются о постамент уже более 100 лет. Море неумолимо терзает гранит, вымывает каверны в камне, норовит «отгрызть» бронзовые детали монумента. Угрожали символу города даже купальщики, ведь многие десятилетия напротив памятника находился городской пляж.

Отдыхающие часто карабкались на пьедестал и даже сбрасывали с него камни, чтобы устроить себе «ванночки» у подножия колонны. От старожилов Севастополя часто приходится слышать, что напротив памятника Затопленным кораблям прямо из моря был источник пресной воды, к которому ребята ныряли, протискиваясь между подводных камней.

Однажды незадачливый ныряльщик застрял, и после того, как его с большим трудом вытащили, во избежания повторных несчастных случаев, грот с источником залили бетоном.

Памятник Затопленным кораблям во время Великой Отечественной войны

Сам памятник несколько раз подвергался серьезному ремонту, особенно его подводная часть, которая страдала больше всего, так что за дело приходилось браться водолазам.

Во время Великой Отечественной войны был пробит пулями бронзовый барельеф, повреждены база колонны и капитель, появились осколочные и пулевые пробоины в крыльях орла, а также в короне и на колонне.

Памятник первым встретил своего врага: рано утром 22 июня 1941 года рядом с ним взорвалась сброшенная с фашистского самолета мина. Вторая, так и не разорвавшаяся, была обнаружена водолазами недалеко от него в июле 2005 года. Во время Великой Отечественной войны бомбы и снаряды непрерывно падали в бухту.

А 9 мая 1944 года передовые отряды Красной Армии, подойдя ближе к набережной Приморского бульвара, увидели чудом уцелевший памятник, рядом с которым дымился пылающий вражеский танкер. Как же памятнику удалось выстоять?!

Он и сейчас хранит свои тайны. Например, мало кто знает, что из-за начавшейся Русско-японской войны его торжественное открытие не состоялось. А затем — революции и вновь войны… Поэтому это один из тех немногих монументов в мире, который официально так и не открыт.

Заплывы у памятника Затопленным кораблям

Севастопольский преподаватель математики Владимир Салтанов, который посвятил памятнику немало исследований, насчитал 17 названий, которыми в разные годы награждали его авторы путеводителей и журналисты. Первым названием, которое обнародовала строительная комиссия, звучало так: «Памятник затопления кораблей».

Один из старожилов города — Владимир Коган, часто рассказывает историю из своей юности о том, что в послевоенном Севастополе существовала организация ДОСФЛОТ, которая расшифровывалась как «Добровольное общество содействия флоту».

«Благодаря ей севастопольская молодежь бесплатно осваивала навыки плавания под парусом и на веслах. Почти в каждом учреждении и учебном заведении города была своя команда гребцов, которые регулярно соревновались.

Особым шиком у молодых парней считалось проскочить на полной скорости в пятиметровую «щель» между берегом и памятником Затопленным кораблям. Это требовало весьма большого искусства, так как смельчаков поджидали многочисленные подводные камни, а сам памятник стоит на отмершей устричной «банке». В парусной шлюпке находилось обычно шестеро: впередсмотрящий, рулевой и гребцы.

Однажды, командир одной из лодок решил впечатлить знакомую девушку. Усадил её в шлюпку, а сам вместе с товарищами пошел на разгон.

Но рассеянность влюбленного парня привела к плачевным последствиям: со всего маху налетев на камень у подножия памятника, судно треснуло, мачта накренилась, и девушка чудом осталась жива, а соленой воды наглотались вдоволь все участники «заплыва». Неизвестно, как бы сложились отношения у влюбленных, но из командиров шлюпки жених был разжалован».

В 2007 году на средства правительства Москвы памятник отремонтировали, на бронзового орла смело взобрались альпинисты Валерий Кныш и Дмитрий Радулов. Они заклеили 30-сантиметровую трещину в основании правого крыла специальным клеем.

Однако следует понимать, что такая «заплата» не простоит долго. Одним словом, памятник Затопленным кораблям ждет своих реставраторов и проведения серьезных исследований.

Добавить комментарий